За кулисами трилогии «Властелин колец»




Элайджа Вуд и фильм «ВК» в журнале Premier, август 2001

(Статьи)

Международный журнал о кино Premiere мало того, что опубликовал огромную статью, посвященную фильму «Властелин Колец», так еще и поместил Элайджу Вуда на обложку и вообще сделал Вуда героем номера.

Обложка американского Premiere за август, 2001Левая страница заголовка-разворотаПравая страница заголовка-разворотаВуд в эротическом прикиде

Журнал этот очень престижный, и наш российский Premiere происходит из того же источника. Правда, к сожалению, в российском варианте этого не будет — российский номер Premier за сентябрь-октябрь выйдет точно с другой обложкой и скорей всего без этой статьи.

Самое сильное впечатление в этой публикации на меня произвела не сама статья и не уже многократно виденные кадры из фильма, а три «паблисити-фото» (рекламные снимки) Вуда: одно на обложке и два внутри. Кликните, чтобы увеличить.

Обложка американского Premiere за август, 2001 Левая страница заголовка-разворота Правая страница заголовка-разворота Вуд в эротическом прикиде

Это мое личное мнение, но я его все же выскажу: порнография какая-то. На ум пришло сразу много резких слов, от «профанации» и до «проституции» включительно, а все вместе напомнило стрип-шоу из какой-нибудь Красной Шапочки: «а посмотрите-ка, что у меня под плащом».

Я не имею ничего против Вуда, позирующего в самых экстремальных обличьях, меня бы это все только позабавило, если б они не приплели туда мотивы Фродо и Толкиена. Кольцо на шее конечно отлично сочетается с похабного вида рубашкой и штанами в том же духе.

Что интересно — это делалось с лучшими намерениями. В конце статьи есть приписка от главного редактора Premiere, который говорит, что сам он Толкиена не читал и не собирается, хотя фильм и посмотрит, и что эту статью написал и уговорил его напечатать один из старших редакторов Premiere Том Ростон — большой фанат Толкиена. Судя по этим фото, фанатизм автора имеет странные формы. Хотя, скорей всего, просто он, и Вуд тоже (которого я впрочем не виню — он еще мал и глуп в том, что не касается его ремесла), начисто лишены вкуса.

Это первое проявление синдрома опошления Толкиена, которое меня действительно расстроило, а сколько такого еще будет… Хотя вот — проверила реакцию на зарубежных форумах — народ пофыркал, но воспринял нормально. А девчонки некоторые даже ахали — ах, как сексапильно. А я вот не могу на это смотреть спокойно, хоть вроде и не ханжа. А ваше мнение? Можно обсудить на Совете Мудрых.

Ладно, перехожу к самой статье, которая вполне дельная. Итак, перевод с сокращениями:

Избранный

Из Айовы в Голливуд и в Шир, заселенный хобитами из фантастической трилогии Толкиена — подлинная история о том, как Элайджа Вуд принял героический вызов и стал Властелином Кольца

«Кажется, что эта дорога ведет вдаль без конца», говорит Элайджа Вуд, оглядываясь вокруг и шагая по иссохшей земле пустыни Мохаве. «Ты преследуешь то, что невозможно догнать». Мы видим перед собой мираж — он тает в жарком воздухе, когда мы подходим ближе. В этом древнем уголке пустыни, в двух часах езды от дома Вуда в Санта-Монике, нас окружает призрачная вода и кусты полыни.

«О, в этом есть что-то божественное», говорит он. «Мне надо устраивать сюда паломничества». В мираже перед нами бушует пламя в кустах, но Вуд смотрит на высохшую землю под ногами, потом бросается на землю на живот и говорит: «Представь, как здорово было бы здесь заночевать под открытым небом, представляешь, смотреть на звезды?»

Он садится и опять разглядывает миражи. «Это так здорово! Можно попасть туда, куда захочешь».

В поход, беспечный пешеход,
Уйду, избыв печаль,
Спешит дорога от ворот
В заманчивую даль,
Свивая тысячи путей
В один бурливый, как река.
Хотя, куда мне плыть по ней,
Не знаю я пока!

Фродо Бэггинс, «Властелин Колец»

Когда 8-го июля 1999 г. New Line объявили, что на роль Фродо Бэггинса выбран Элайджа Вуд, это не вызвало сильного удивления. Конечно, были разговоры, что на эту ключевую роль выберут неизвестного актера, но Вуд так идеально подходил: рост 160 см., голубые глаза со взглядом будто не из этого мира, тонкие «эльфийские» черты, и в то же время репутация одного из самых талантливых и усердных юных актеров Голливуда. «У Элайджи инстинктивное чутье, как надо играть на экране. У него потрясающее мастерство и технические возможности. Поражает, что у такого молодого человека может быть такой талант», говорит новозеландский режиссер фильма Питер Джексон.

С Вудом вместе сыграл великолепный актерский ансамбль: Гэндальф — Ян МакКеллен, Бильбо — Ян Хольм, Галадриэль — Кейт Бланшетт, Арвен — Лив Тайлер. «Это было потрясающе — быть приглашенным в путешествие, которое, я это знал, будет не только путешествием для меня как актера, но и как человека», говорит Вуд. «Мы все стали частью приключения, которое во многом повторяло книжное».

Да, действительно — решение New Line отдать бразды правления независимому режиссеру Джексону, снявшему незаурядных «Небесных Созданий» в 1994 и всего один голливудский фильм, провалившийся финансово — «Страшилы», а также дать ему снимать в течение 15 месяцев и на сумму в 300 млн. долларов, было беспрецендентным риском, решением эпических, толкиновских масштабов.

Одна из самых любимых книг, когда либо написанных: «Властелин Колец» — стал зачинателем целого жанра фэнтэзи, породившего в том числе и «Звездные Войны», и Гарри Поттера. Во всем мире с момента публикации продано более 90 млн копий книги. По сути, это книга о взрослении молодого человека (Фродо в 50 молод по хоббитским меркам), о том, как он должен не побояться взять на себя огромную ответственность. Как Фродо говорит в книге: «Я понесу Кольцо.. хотя я и не знаю дороги».

И наконец-то, после неудачного мультфильма Ральфа Бакши, фанаты Толкиена — от поколения хиппи до современных фэнтэзийных интернет-тусовщиков — увидят «Властелина Колец» на большом экране. И Вуд будет образцово-показательным мальчиком этой трилогии. «Меня это потрясло до основания», сказал Гарри Ноулз (хозяин Aint-it-Cool-news) о выборе Вуда на роль Фродо.

«Я думаю, что к этому практически невозможно подготовиться», говорит 20-летний Вуд о растущем ажиотаже в преддверии фильма. «Но чем ближе, тем страшней». И ему есть чего бояться — во всем мире фанаты кликают на интернет-сайты по фильму (официальный сайт получил 400 млн хитов с момента открытия), и без конца обсуждают и спорят по поводу каждой мелочи, связанной с фильмом. Как, например, они отреагируют на то, что Вуд так и не прочел «Властелина Колец» до конца (а в своем интервью E!Online говорил, что прочел! Вот поросенок!) (он правда прочел «Хоббита» в 9 лет)? После попытки объяснить, что книги «стали играть гигантсткую роль в моей жизни в результате игры и съемок», Вуд понимающе опускает голову в преддверии интернетного шквала, который, он предвидит, на него обрушится. «Меня наверно распнут, это точно», вздыхает он.

Вуд провел почти полжизни на различных съемочных площадках. Но его судьба — редкость для голливудского детского актера: он не проводит свою жизнь в увеселениях и развлечениях и выбирает фильмы не по коммерческому успеху, а по их качеству (ну да — а сам с «Факультета» и до «ВК» снимался в полной туфте) и он вызывает интерес своей работой, а не таблоидными новостями.

Вуд родился в Седар Крик, штат Айова, и в семь лет был отдан матерью в школу моделей. Когда он вместе со школой выехал на слет в Лос Анжелес, его быстро приметил один из голливудских менеджеров. «Он спросил меня: „хочешь играть?“ В таком возрасте ничего не боишься. Это было просто весело — в первый раз побывать в Лос-Анжелесе, увидеть пальмы и пр. Просто фантастика». Его семья — старший брат Зак, младшая сестра Ханна и мама Дебби — переехала в Лос Анжелес неделей позже. Это был очень стремительный отъезд, и Вуд умолчал об остальных причинах. «Моя мама хотела уехать из Айовы. Она была готова уехать. А отец остался, чтобы за всем присмотреть. Ну а потом все началось».

И началось очень быстро — сначала теле-рекламы, видео с Полой Абдул, потом роли в фильмах «Авалон», «Вечно юный», «Хороший сын», где Вуд сыграл с Макалоем Калкиным.

«Он был хороший парень», говорит Вуд, который был рад, что на него не свалилась такая мгновенная известность, как на Калкина. «Мир детских актеров — это мир жестокого бизнеса, и страшный, и часто в то же время глупый. Но зло всегда исходит от родителей». Вуд отдает должное своей семье, и в первую очередь матери, которая вместе с сестрой приходила с ним на съемочные площадки и удерживали его в рамках нормальной жизни. «В этом мире жить очень трудно, если не имеешь базы — если не имеешь сильной веры в себя. Мама хотела, чтобы моя жизнь была нормальной насколько возможно, и чтобы я получал удовольствие от детства. Семья — это так важно, я редко встречал такие дружные семьи, как наша. Мне очень повезло».

Однако за эту близость пришлось заплатить — Вуд совсем не упоминает об отце. «Это к делу не относится», говорит он в итоге после долгой паузы. «Меня вырастила мама. Она решила переехать в ЛА. И в этом не было ничего плохого: всех детей это устроило. Просто у нас не было никакого эмоционального контакта с отцом, так что и проблемы не было». Вуд последний раз видел своего отца, который сейчас в разводе с матерью, пять лет назад. «Я знаю, что в конце концев встанет вопрос, общаться мне с ним или нет. Но сейчас просто ничего нет. И моя мама с лихвой скомпенсировала потерю отца».

Главный из уроков его матери: быть в стороне от коррумпированной индустрии кино. Вуд говорит: «В Голливуде все из себя чего-то строят, и это не имеет отношение к актерской игре. Для меня очень важно быть подальше от всей этой туфты, внимания и пр. И в детском Голлливуде публика быстро сменяется. Я просто хочу делать свое дело как могу и как можно дольше , и я не хочу поймать момент славы и быстро сгореть. Поверьте, мир не вращается вокруг кино. Мой мир, во всяком случае.»

Это не значит, что Вуд не любит кино. На самом деле, по словам его друга Гарри Ноулза, он «фанат в хорошем смысле». Он аплодирует успеху «Присевшего тигра, затаившегося дракона» Анга Ли (по его словам, «вот такие фильмы должны делать большие деньги, а не это гребаное дерьмо «Пирл Харбор»), оплакивает качество массового голливудского продукта и пропагандирует умные фильмы вроде «Помни» этого года или «Рашмора» 1998 г («просто идеальный фильм»).

«Я люблю кино», говорит Вуд. «Я люблю смотреть кино, и я люблю все, что связано с процессом. Меня в этом все интересует: от техника до инженера звука и до режиссера. И я люблю играть — люблю погружаться в разных персонажей и становиться людьми, которые узнают что-то о себе и о жизни. Образование Вуда (кроме того, чему его учил персональный учитель) было получено через его опыт игры на съемочных площадках. И Ноулз кое-что узнал о нем, когда подкалывал его насчет роли во «Флиппере» — зачем он согласился играть в таком тупом фильме с таким ужасным сценарием? И Вуд сказал — ну разве ты не понимаешь, я бы смог провести три месяца, плавая с дельфинами! Вот почему он согласился на эту роль — чтобы поплавать с дельфинами.

И когда Вуд стал старше, он стал выдавать тонкую, сдержанную игру в более разнообразных по жанру фильмах, включая серьезн «Ледяной шторм» Анга Ли (1997), драму о конце света «Столкновение с бездной» (1998) и ужасник «Факультет» (1998), и также откровенный фильм об отношениях белых и черных — «Черные и белые» Тобэка (2000).

Примерно через пять месяцев после начала съемок «Властелина Колец» Вуд со своими приятелями-актерами Билли Бойдом, Домиником Монаганом и Орландо Блумом взяли недельный отпуск и поехали в Австралию, чтобы навестить другую эпохальную съемочную площадку — место съемок «Звездных Войн-2». Они пообщались с Хэйденом Кристенсеном (новым Анакином Скайвокером), Натали Портман и другими звездами Второго эпизода, обменялись разными анекдотами со съемок и пр. И хотя Вуд сказал, что общение было дружелюбным, он чувствовал скрытую напряженность между двумя лагерями. «Мы чувствовали себя как какая-то подпольная команда. Было странное чувство соперничества между двумя трилогиями. Им казалось странным, что мы друг друга звали хоббитами, они слегка повеселились на наш счет».

«И после первых нескольких месяцев, мы стали своими персонажами. Мы называли друг друга хоббитами, потому что мы стали относится друг к другу как наши персонажи. Мы всегда были вместе, снимались вместе, вместе ели, нам нравилось быть друг с другом.» И многие актеры, включая пожилого Яна МакКеллена, увековечили эту близость татуировками «Братства Кольца».

И этот дух дружбы был во время всех съемок. «Столько любви и труда было вложено в это дело, я никогда не видел ничего подобного».

И если Новая Зеландия это Шир, то Джексон точно главный хоббит. Дружелюбный режиссер, предпочитающий ходить босиком, вызывает у Вуда и уважение, и симпатию. «Мне так нравится этот мужик. Такой мягкий, добрый человек. Тихий и в тоже время такой энтузиаст», говорит Вуд, подаривший Джексону вместе с другими актерами по окончании съемок скульптуру режиссера в виде хоббита, с острыми ушами и мохнатыми ногами. «Питер был как ребенок в кондитерской. Он создавал визуально момент и радовался этому».

И этот детский восторг распространялся на всю команду. Бойд вспоминает: «Я говорил Элайдже — а чего тут играть-то», потому что уже не надо было играть — ты жил этим. Вы были не в павильоне, воображая, что лезете на вулкан — вы на самом деле лезли на вулкан. И это мечта любого мальчишки, а не только актера — получить в руки меч и атаковать врагов, и лазить по этим горам.

«Это была магия», говорит Вуд. «В этом фильме мы просто творили магию — этот мир оживал на наших глазах». Режиссер в свою очередь тоже хвалил Вуда: «Элайджа находил такие глубины в сцене из книги, о которых я и не подозревал», говорил Джексон, вспоминая первый момент, когда он почувствовал, что Вуд «поймал» Фродо. «Это было через несколько дней после начала съемок, мы снимали, как хоббиты приезжают в маленький городишко Брыль, в котором живут „большие“ люди. Он всего метр двадцать ростом, в страшноватом, подозрительном трактире, и он как-то уловил эту смесь из смущения, страха и отваги, которая лучше всего передает суть хоббита в этом страшном путешествии. И начиная с этого момента, мы уже знали, что за фильм мы снимаем».

Это не означало, что все просто весело курили трубочки в Шире: съемки были очень сложным и нудным процессом, нужно было все учитывать — соответствия размеров, костюмов и пр. День Вуда обычно начинался в 5:30 утра, когда ему надо было полтора часа стоять, пока ему одевали хоббитские ноги. Он проводил это время, читая книги типа I am Legend, American Psycho и High Fidelity. Но самым большим испытанием для него были съемки перед синим экраном. «Под конец это меня просто с ума сводило», вспоминает он, «когда смотришь на расписание съемок и видишь — е-мое, опять синий экран на весь день».

Но не смотря на раздражение временами, Вуд бодро смотрел на вещи. Шон Эстин вспоминает: «после шести месяцев я уже не надеялся, что мы доживем до конца. Но Элайджа так легко это переносил. Он просто с головой во все это бросался, отдавал всего себя. Я спрашивал: ты не устал, домой не хочется уже? А он отвечал — да нет, ты что, здесь все очень здорово».

На самом деле, Вуд наслаждался преимуществами долгих съемок. «Мы могли пережить то, что переживали герои, почти в реальном времени, потому что действие книги тоже продолжается где-то год».

Эстин вспоминает съемки эпизода у Морийских Врат, когда Глубинный Страж хватает Фродо щупальцами за ногу и швыряет его во все стороны, мотает его в воздухе. Элайджа просто дал работникам привязать себя к щупальцу и швырять по воздуху. Он был как кошка — они его роняют, а он хоть бы что, опять вскакивает.

Интермиссия — Вуд с аппетитом поедает стейк-фахиту в мексиканском ресторане по дороге домой, и вдруг к нему, волнуясь, подходит кучка симпатичных девочек-подростков. Вуд жизнерадостно их приветствует. Одна из девочек наводит на него видеокамеру: не скажете ли нам чего-нибудь. Он задумывается и выдает что-то вроде: «Нет ничего благородного в том, чтобы быть выше других людей. Истинное благородство — это стать выше себя самого». Девочки перестают хихикать и отваливают, а Вуд еще раз повторяет эту фразу. Он говорит, что нашел ее на сайте Radiohead. «Разве это не правда?», говорит он, «столько времени тратится на то, чтобы превзойти других людей».

После окончания съемок в декабре 2000, Вуд вернулся в Лос Анжелес к Рождеству. Когда он приехал домой, он обнаружил, что многие его приятели исчезли и особенно некому звонить — результат бродячей жизни актера, чьи дружбы редко длятся дольше, чем съемки, но также и результат его непоколебимого неприятия Голливуда. «У меня есть телефоны некоторых так называемых знаменитостей», говорит Вуд, к примеру, о своих бывших партнершах по фильмам Брук Шилдс и Сельме Хайек, «но звонить им — не особо удобно». У него был телефон Сета Грина, но он сменился. Но дружбы, которые у него завязались на съемках «Властелина Колец», особенно с товарищами-хоббитами Шоном Эстином, Билли Бойдом и Домиником Монаганом, будут совершенно другого плана. «Они мне всегда будут близки», говорит Вуд. «Они мне как братья».

У Вуда сейчас промежуток между проектами. Если б он не беседовал с журналистом, он бы, по его словам, наводил порядок в своей квартире-студии (которую он приобрел на заработки от «Властелина Колец»), соседствующей с домом его матери в Лос Анжелесе. «Я бы встал позно, выпил чашечку кофе, выкурил сигарету», говорит Вуд, причем сигареты у него из особого индонезийского табака, с этим сортом его познакомил Джош Харнетт на съемках «Факультета». «Я в эти дни в основном бездельничаю. Может, схожу кино посмотрю».

Он уже снялся в одном фильме после «ВК», в независимом Ash Wednesday, который делает Эдвард Бернс, так же снимающийся в главной роли. Этот фильм был снят за 20 дней в январе просто прогулка по Ширу по сравнению с 274-дневным марафоном «ВК»). Ему все еще надо доснимать сцены для «ВК», и по его словам, Фродо все еще живет в нем. «Хоббиты в основном, если не обращать внимание на размер, просто чистые люди, они любят жизнь, своих друзей, вкусную еду и интересный разговор, и это все прекрасные вещи в жизни. И мне кажется, что для меня примерно то же самое было главным до роли Фродо, но после этой роли это все проявилось намного сильней».

Так что, если он не занят покупкой CD и выбором новых моделей автомобилей на интернете, он читает 2-3 сценария, которые его агенты присылают ему каждые несколько недель. «Мне хочется сыграть роль, совершенно непохожую на все, что я делал до сих пор», объясняет Вуд, упоминая о возможности работы с Тедом Демме над фильмом об ограблении банка. Ему так же хочется сыграть кого-нибудь постарше: «Более зрелого, более характерного, более загадочного пересонажа — не вашего простого парня. Сыграть что-то, что было бы для меня непросто, то, что бы позволило мне вырасти как актеру».

Значит ли это, что возвращения в Шир для приквела не будет? «Я на самом деле говорил об этом с Джексоном в самом начале. Я спросил — а как насчет съемок «Хоббита»? Но он не думал, что «Хоббит» — это хороший материал для экранизации, это просто одно приключение за другим. Там нет такой глубины и таких экстремальных ситуаций, как в «ВК», объясняет Вуд.

Хорошо, но если все-таки Джексон будет снимать «Хоббита», хотел бы Вуд там сыграть? Вуд без колебаний отвечает: «Я бы с удовольствием поработал с Джексоном еще, но только не в роли Фродо. Дело в том, что мы сделали три фильма по самой великой книге-фэнтэзи всех времен, и, кто знает, может и фильмы будут самыми великими фильмами всех времен. Мы вошли в мир фэнтэзи и мы сделали его реальным. И я думаю, что мы все на этом поставили точку со всем, что касается фэнтэзи».