За кулисами трилогии «Властелин колец»




Часть 3

(Гарри Ноулз: Туда и обратно — похождения фэна в Средиземье)

Сейчас я там, где рождается магия. Студия L голубого фона.

Я опять ехал из отеля на такси… Сегодня я уже полностью приспособился к местному времени. Путешествие в будущее, чтобы поговорить о давнем толкиеновском прошлом — это нечто. Надо приспособиться, и я уже с этим справился.

Таксист отвозит меня на площадку среди складских помещений. Сначала меня провезли через туннель под горой Виктория… странные гудки эхом отдавались по туннелю. И когда тунель выпустил нас с другой стороны, я очутился в местности, очень похожей на окрестности Бурбанка… что-то вроде озера Толука. Шофер не очень понимает, куда меня везти, но через три блока я замечаю скопище грузовиков… достаточное, чтобы перевезти всю мебель из World Trade Center за неделю.

Машина останавливается перед входом. Там стоит охранник, довольно приятный и вежливый тип, и подходя к нему, я демонстрирую магическое ожерелье, которое сразу убирает гнев, ножи и довольно большие шипастые биты из рук охраны. Для заметки: я — орк 1686. Понятия не имею, что означает этот код, и когда я спрашиваю знающих людей, есть ли в нем какой-то смысл, они просто смеются надо мной. Впрочем, надо мной и так все смеются, так что в этом нет ничего особенного. Хе-хе-хе.

Охранник спрашивает: «Вы к ПДж?» Я подумал, что сейчас хороший момент, чобы ответить «Да», я так и сделал и продолжил свое путешествие. Я прохожу мимо павильона, где стоит огромное дерево… Не знаю, откуда оно, но это великолепное дерево, окруженное прочей растительностью.

Вокруг кипит бурная деятельность… люди таскают металлические шесты, коробки с пленками и прочее. Люди, отволакивающие части студийных макетов. Люди из мастерских, разносящие мечи… Тут же вылезает из своих доспехов некий эльфийский воин… очень красивые доспехи, представьте, что пластины оформлены в виде птичьих перьев. Это нечто.

Потом я вхожу в студию L. Там сейчас Гэндальф, Фродо, Пиппин, Мерри и Леголас, они все окружили Питера. Я в первый раз вижу Мерри и Леголаса, и, что более важно, я в первый раз вижу Элайджу в костюме Фродо.

Я подхожу, и Ян замечает по поводу моих репортажей: «Тебя порой заносит, не правда ли?» Я всегда первый признаю излишнюю эмоциональность своей прозы, но черт возьми, меня это все действительно волнует. Насчет Фродо: у него сзади на шее полоса вроде ожога или пореза… это от веса кольца, цепочка врезается в шею… представьте заживающую рану со струпьями и поблескивающей жидкостью из волдырей. Это вовсе не чрезмерно, вовсе не типа Bad Taste, это выглядит, как будто раскалили проволоку и крепко прижали ее к шее Фродо. Выглядит очень болезненно.

У Леголаса и вправду острые уши, но вовсе не как у Спока… а скорей почти как у моей сестры (понимаю, вам это ничего не объяснит), у людей с острыми ушами кончики как правило закругленные… Орландо захотел сняться со мной на поляроиде, мы отходим в покрытый травой уголок студии и делаем снимок. Потом мы немного треплемся. У Орландо Блума голова идет кругом. Он так счастлив быть в фильме. Оказывается, его взяли в этот проект, когда он только-только закончил Драматический Колледж в Лондоне. До этого у него была пара маленьких, практически анонимных, ролей. А теперь он, судя по всему, на гребне волны. Он начинает вспоминать съемки в какой-то затерянной долине в Новой Зеландии… он и еще дюжина людей… снималась сцена… и Питер сказал ему: «Это и есть эпический кинематограф». Во взгляде Орландо отражаются воспоминания о величии мира, который он повидал, мест, в которых он побывал. Он немного в шоке от того, что все это кончается… Конечно, его еще вызовут для пересъемок некоторых сцен, но большая часть приключения уже позади… «Я не хочу даже говорить об этом».

Вскоре его и Яна вызывают на другую сцену в другом месте: эта сцена — Дома Исцеления в Минас Тирите.. и там перед голубым фоном-экраном стоит такая офигенно здоровая кровать… я говорю о кровати, на которой даже я показался бы худым. Короче, там лежит старина Элайджа, и к нему подбегают и запрыгивают на кровать Мерри и Пиппин.

А в то же время на экране видны все другие предметы в комнате… и Гэндальф, Леголас, Арагорн, Сэм и Гимли… Даа… Ничего себе. Офигительно нереально… Это настолько близко к самому концу из концов. Изображение, которое создают из нескольких слоев, и законченную версию которого я не увижу еще годы и годы.

Съемки этой сцены проходят быстро, и вот она закончена. И пока команда начинает двигать экраны… освобождаться от кровати… я замечаю нечто такое, отчего сердце начинает биться как бешеное: МОРИЙСКИЕ ВОРОТА. Боже… это Морийские ворота. Это значит — Чудище в Озере… это означает офигительную клевость. Я спрашиваю: «Ээ, они что, будут снимать ворота сегодня?»
Ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…
«Да».

Отлично! Я весь в нетерпении. Но покамест я ухожу на Сцену K, где обнаженный по пояс Ян лежит на снегу или чем-то типа порошка… это после битвы с Балрогом… неподвижный на чистом белоснежном снегу. Это снимается на небольшом участке сцены, всю оставшуюся Сцену К занимает потрясающее воспроизведение кусочка ФАНГОРНСКОГО ЛЕСА! Я просто погулял по лесу, высматривая Древобрада… я думаю, он был где-то неподалеку. Да, славные времена, скажу я вам.

Ой-ей, я становлюсь сейчас слишком эмоциональным… пока я печатаю, Фродо, Сэм, Мерри и Пиппин снимают свои сцены у Ворот… ногу Фродо обвило щупальце или что-то подобное… из озера. Я смотрю и печатаю это в прямом эфире. На Элайджу прикрепляют страховку, чтобы его можно было феноменально быстро дернуть и потащить. Ну вот… репетиция. Фродо лежит… Пиппип, Мерри и Сэм сзади… и вдруг Фродо вырывает у них из рук и утаскивает за кадр…

Боже, Морийские ворота. Те из вас, кто знает… ЗНАЮТ, как клево все это должно быть. Для меня, из всех трех частей всей истории… эти ворота, эта первая остросюжетная сцена… переходит в самую жуткую, самую страшную последовательность сцен из всех. Я просто могу слышать, как Джон Рис-Дэвис рассказывает о своих давно ушедших предках, которые никогда не вернулись отсюда. Первые орки… Балрог… все это начинается здесь, у этой двери, с этих чертовых щупалец… И эта хреновина происходит именно здесь и сейчас. Меня трясет от волнения… по одну сторону от меня один из гримеров, по другую — один из консультантов WETA по компьютерным спецэффектам, который помечает то, что еще предстоит сделать… Я слышу, как они обсуждают технические тонкости дергания Фродо… «Надо тянуть более горизонтально, до вертикального рывка»… и я полностью согласен. У них был один дубль, который получился тютелька в тютельку. Я замечаю, как в студию заходит ГЭНДАЛЬФ СЕРЫЙ. Хе-хе-хе…

Я понимаю, многие любят Гэндальфа Белого… но для меня именно Гэндальф Серый король над всем остальным. Возвращаясь к мониторам… Начинается сцена: крупным планом Фродо на земле… блин… это просто суперклево.Я просто не могу выразить, насколько это клево — все это видеть… Бедный пони Билл…

И вдруг, прямо передо мной появляется Шон Эстин… в не вполне законечнном костюме Сэма. Его ноги просто великолепны! Самые большие из всех 4-х пар хоббитских ног, которые я видел. Замечу, что у Мерри, похоже, самые длинные ступни… но у Сэма самые широкие и самые классные. У Фродо и Пиппина хоббитские ноги очень близки по размеру.

Эстин пожимает мне руку и говорит, что у него есть возможность сделать меня почетным Goonie (Goonies — фильм, принесший Эстину славу как детсткому актеру). Хе-хе-хе… верьте или не верьте, я вовсе не просил об этой почести… может, я был под мухой. Насчет Goonies: мне конечно надо было все выспросить про возможное продолжение. Эстин про это пока ничего не слышал, но много лет назад Спилберг спрашивал у него, снимется ли он в сиквеле, и Шон в общем и целом ответил что да, он мог бы там сняться. Я проинформировал его обо всем, что я слышал, о сценарии, о доменном имени, зарегистрированном Warner Brothers… Похоже, это его очень заинтересовало. Вскоре подбегают «ножные» специалисты, чтобы закончить работу над его ногами. А костюмеры навешивают на него его воду и кошель… его плащ с капюшоном, и его рюкзак со всеми кастрюлями и сковородками.

Надо заметить, что Сэм — единственный из хоббитов, который несет припасы… и из 3-х хоббитов, которые не Фродо… он единственный обнажил свой меч в попытке перерубить шупальца, которые пытались утащить старину Фродо в темные глубины. Вскоре Сэма/Шона вызывают на съемки, а я продолжаю писать этот репортаж.

Вслед за этим.. Ян МакКеллен садится в кресло рядом со мной, и я впервые могу как следует рассмотреть Гэндальфа Серого. Борода намного длинней… волосы более спутанные… И шляпа, о Боже, что за шляпа. Боже, я просто влюблен в эту шляпу. Только одна голова подошла бы к этой шляпе, и это голова Яна. Он выглядит в ней безукоризненно.

Я начинаю болтать с Яном в промежутках между дублями… он очень рад, что я так обрадовался его обличью Гэндальфа Серого. Он потом задается вопросом, как зрители отреагируют на его трансформацию из «серого» в «белого»… Поскольку почти у всех главное представление о Гэндальфе это как о классическом Гэндальфе Сером.

Мне лично кажется, что у всех есть свои любимые версии персонажей. Например, я предпочитаю Люка Скайвокера на Таттуине тому Джедаю в черном или Джедаю в хаки на тренировках. Мне больше нравятся костюмы из оригинального Giant Size X-Men-1, чем костюмы из последних X-Men. Каждому свое. После того, как я увидел обоих Гэндальфов — и Белого, и Серого… я могу сказать, Белый более динамичен… в то время как Серый для меня более интересен как персонаж. Белый — это крутой Гэндальф. Серый — это тот Гэндальф, которого я люблю.

Примерно это я и сказал Гэндальфу… а я не упоминал, насколько странно вести подобные разговоры с Яном, когда он в ПОЛНОМ облачении Гэндальфа? Ну что ж, это действительно странно. Для меня было потрясающим зрелищем то, как костюмеры переодевали Яна в Гэндальфа… потом настал момент, когда Яну дали тот посох… с корявым, изогнутым верхом…

Ооо, это нечто. Вскоре четверка хоббитов заканчивает свою сцену, и теперь настает время наложить на сцену Гэндальфа… Видите ли… Он выбегает из черного провала за Морийскими воротами, и сражается с щупальцами… его прижимает к изнанке ворот… сбивает с ног… он кричит что-то вроде «Быстро, в шахты!», хотя может и что-то другое… я в это время отвлекся на разговор с приятелем Эстина, с которым он дружит уже 18 лет, и который похоже также посещает мой форум и вообще классный чувак.

После этого три хоббита (Мерри, Пиппин и Сэм) должны отснять сцену без Фродо… и к ним присоединяется гигантский дубль Арагорна (которого играет Большой Поль, по-моему), который выбегает из шахт… и похоже сзади там Леголас стреляет из лука… и в закадровой глубине должен еще присутствовать Гимли со своими секирами. Ой-ей, это должна быть такая великолепная сцена. Я просто не верю, что я здесь сижу и наблюдаю, как эту сцену склеивают из кусочков.

Ох-хох, позже там снимались еще сцены, в основном заготовки для сцен, куда потом в правильном масштабе вставят хоббитов. Последняя из этих сцен, не знаю точно, что там снималось, была последней, где наша маленькая четверка снималась вместе. Конечно, еще будут сцены с хоббитами поодиночке или по парам на следующей неделе… но как для четверки для них все закончилось. По этому поводу открыли шампанское, брызги летели во все стороны, были наполнены бокалы и этот момент должен был быть отпразднован. На самом деле, у них еще после этого была вечеринка, и именно там я впервые пожал руку Гимли, не совсем такому же короткому, каким он будет на экране… но именно в тот момент я чувствовал себя как Владыка Морей, лидер Королевского Флота! Это был великий момент. Я также встретился с голосом Голлума, и слышал этот голос. Энди Серкис… какой классный парень. Похоже, что, по крайней мере, по слухам, которые я слышал на съемках, Энди сыграет и пре-Голлума — Смеагола, так же как и голос искателя Прелести. И я также имел удовольствие встретить Эовин, Миранду Отто… тук-тук-тук, мое сердце, успокойся. Миранда — это просто ангел. И там еще был Теоден, и ко всему прочему, в этот день у Бернарда Хилла, играющего Теодена, был день рождения.

Должен сказать, что встретить всех этих людей — очень необычно. Понимаете, эта актерская группа просто потрясающая. И разговоры с людьми типа Шона Эстина — ДОЛГИЕ разговоры, о режиссуре и о восприятии, которое должен преодолеть детский актер, когда он становится взрослым актером.

В эту ночь я отрывался с актерами и командой «Властелина Колец»… Осталась еще неделя, и у всех настроение приподнятое. Орландо Блум, что ж, он умеет развлекаться, мы ушли с официального вечера… Леголас, его приятель, я и Голлум — мы все пошли в клуб Маттерхорн и черт — тот коктейль, которого я взял 5 штук… Ухух… Вскоре в клуб подошло еще больше толкинистов, и вскоре у меня все поплыло перед глазами… я начал топтаться вокруг, ведомый звуками веселья… и вдруг, посреди всех этих ярких огней и ритмов техно-музыки… я стал вырубаться. Это было 4 утра, и я решил, что пора найти свой отель и я подумал… Пожалуй, мне стоит допечатать свой репортаж. Но у постели были более веские аргументы. Она сказала, «…», и это звучало прекрасно. Так что извиняюсь, что репортаж запоздал, но поскольку воскресенье — это день, свободный от толкиновской вселенной… я решил, что напечатаю репортаж к вечеру.

Не знаю пока, что будет завтра. Может, я буду на съемках 1-й группы… или я побываю в WETA. Завтра увидим. А пока — всего, кореша!