За кулисами трилогии «Властелин колец»




Парень Кольца

(Вигго Мортенсен)

Какая-то женщина в Торонто хочет выйти замуж за Вигго Мортенсена.

Вообще-то, многие женщины по всему миру хотели бы это сделать. Но женщина из Торонто имеет преимущество. Она знает журналиста, который будет брать интервью у мужественного актера из «Властелина Колец». Он просит — приказывает — передать послание, что она доступна где, когда и как угодно. Все, что оставалось Вигго — это только кивнуть, или просто подмигнуть.

«Скажите ей, что я слишком занят общением с прессой, чтобы жениться на ней», — говорит Мортенсен, когда послание своевременно передано. Он улыбается. Он слышал подобное много раз. Как и у его героического Арагорна в трилогии о Кольце Питера Джексона, к него есть работа, требующая выполнения, и он не позволит отвлечь себя чему бы то ни было.

«Лестно слышать, что кто-то тобой интересуется, но в то же время, если бы не успех „Властелина Колец“, то этому не было бы оснований. Эти вещи (предложения о браке) — результат, так же как и кассовые сборы или призы, или прочее внимание. Это лежит за пределами, того, чем мы занимаемся, и о чем я вам говорю».

Мортенсен, будучи скромным, не замечает, что это слишком серьезно. Женщина была привлечена его лазерно-голубыми глазами и точеным подбородком задолго до «Властелина Колец». 45-летний холостяк, однажды уже женатый (у него сын-подросток), вызвал вздохи зрителей еще своим первым появлением на экране в «Свидетеле» (Witness). Это было 18 лет назад и он сыграл фермера-меннонита на одной площадке с Харрисоном Фордом.

С тех пор минуло много ролей и много женщин для Мортенсена. Его резюме включает «Идеальное убийство» (1998) и «Прогулку по луне» (1999), фильмы, сделанные им с Гвинет Пэлтроу и Дайан Лейн. Для «Идеального убийства» он даже написал большие полотна, которые его герой использовал для завлечения Пэлтроу, отбивая у мужа, которого сыграл Майкл Дуглас.

Мортенсен привык получать поцелуи направленные в его сторону, но его сексапильность несомненно возросла с тех пор как он примерил наряд Арагорна, бесстрашного воина, роль которого стала еще величественнее в «Возвращении Короля» — финальной части «Властелина Колец».

Нельзя сказать, что кажется, будто он принимает любые знаки внимания или ищет их. Его волосы короче и реже, чем арагорновские локоны до плеч, и он конечно, почище — потрепанный Арагорн очевидно ставил спасение Средиземья выше, чем свою личную гигиену. Тем не менее, Мортенсен каждой клеточкой тела излучает ту же загадочность, что и его экранный герой.

На его голубом свитере неразборчивая красная надпись — наверное фанатская почта от эльфа? Он потягивает чай с помощью металлической соломинки из металлической баночки, что выглядит так, будто этот дизайн выдумал сам Саурон.

Мортесен считает себя удачливым из-за того, что его выбрали на роль Арагорна, роль всей его жизни. Кастинг был делом последней минуты. Первоначально роль отдали ирландскому актеру Стюарту Таунсенду, но через четыре дня съемок, которые начались летом 1999 года, режиссер Питер Джексон решил, что 27-летний Таунсенд слишком молод.

«Мне очень повезло», — говорит Мортенсен. «Раз уж я получил эту роль я сделал все, что в моих силах, и нашел много такого, от чего смог оттолкнуться в ее построении с надеждой на Питера Джексона и выдумку. Но получение роли было из тех вещей, которые происходят сами по себе. Я не уверен точно почему… если бы у них был еще месяц на раздумья, возможно они бы выбрали кого-нибудь другого…

Но я не предполагал, что это будет значить — что я хочу привлечь к себе внимание, или что люди будут говорить: „Хочешь на мне жениться?“. Просто так получилось и я принимаю это как данность».

Скромность Мортенсена не наигранна и не подделана. О других фильмах в разных интервью он высказывался точно так же. Он родился в Нью-Йорке, хотя выглядит и говорит не как американец. Его отец — датчанин, и сам Мортенсен похож на датчанина, даже если он и не говорит на этом языке.

Его партнерша по «ВК» Миранда Отто говорит, что не может представить кого-нибудь другого в роли Арагорна.

«Я всегда говорила, что Вигго — человек эпохи Возрождения. Он, можно сказать, человек из другого века. У него столько всего такого, что было присуще мужчинам из других времен. Он умеет ездить на лошади, умеет обращаться с мечом, у него писательский дар, он художник и музыкант. Он как созидательная сила… и очень мягкий человек с хорошим чувством юмора. С точки зрения людей он обладает определенным спокойствием или даже загадочностью. Они не в силах постичь его полностью, потому что он очень разносторонен».

Другие коллеги по ВК говорят о Мортенсене тоже самое, а он возвращает эту привязанность со своим обычным спокойствием. С собой в Нью-Йорк он привез элегантный переплет копий фотоснимков, которые он сделал на съемочной площадке. Одну за другой он раздал их своим партнерам по фильму, когда встречался с ними на пресс-конференциях.

Он настолько глубоко индивидуален — не будучи озадачен уловками — почти невозможно получить от него простой ответ. Все его ответы на вопросы крайне глубокомысленны и очень многословны.

Кажется, он входит в состояние транса, когда перед ним поставлен вопрос. Ни одного звука от этого парня. Он так долго раздумывает над ответом, что так и хочется схватить его за плечи, осторожно потрясти и сказать: «Чувак! Это же просто кино про эльфов и хоббитов!» И не дайте ему заговорить о политике. Он против американского вторжения в Ирак, но его аргументы настолько комплексные и качественные, будто интервью у него берет The Economist, а не какой-то киножурнальчик.

И все же нет никаких сомнений в искренности этого человека. Он настаивает, что актерство в его жизни не более важно, чем его другие увлечения, и он стремится поддерживать баланс во всем. Не удивительно, что столько женщин мечтают выйти за него замуж.

«Если мы говорим о картинах, которые я написал, или о моем сыне, или о разбитом мной саде, или сделанных мною фотографиях, или написанных стихах, то я обсуждаю это с вами, точно так же сосредотачиваясь, как и на теме о кино», — говорит он.

«Актерство здесь не самое главное. Не сказал бы, что есть что-то одно, и действительно не хочу делать каких-то различий между этими вещами. Звучит глупо, но если вы придете ко мне домой и я буду готовить обед, то буду точно так же фокусироваться на этом деле, и постараюсь сделать все наилучшим образом, потому что заинтересован в этом. Когда ничего не хочется делать, это просто как гвоздь в заднице. Тогда это похоже на рутину».

Как и многие другие, работавшие над «Властелином Колец», Мортенсен был глубоко тронут титанической борьбой добра со злом, описанной Дж. Р. Р. Толкиеном в темные дни Второй Мировой Войны. Мортенсен видит много параллелей между современными народами и политиками и местами и участниками событий в Средиемье. Он считает, что послание, заложенное в фильме, как и до этого в книге, будет еще долго продолжать жить за пределами последнего кадра «Властелина Колец». У него даже есть собственная интерпретация трилогии, которая демонстрирует насколько глубоко он размышлял над ней.

«Не думаю, что в этой истории присутствует зло в чистом виде, и не думаю, что оно сконцентрировано в чем-то одном — по-моему, это не Мордор, не Саурон или кольцо. Это живет в каждом, кто хочет заставить людей делать что-то против их воли».

«Я считаю, что именно над этим стоит задуматься людям. Какова моя настоящая мотивация, как я взаимодействую с моей семьей или моими друзьями, моим обществом. Это то, что никогда не исчезнет. Фактически мы должны быть бдительными, и если собираешься выискивать что-то плохое, какое-то зло, загляни-ка сначала внутрь себя. Как я обращаюсь с окружающими? Ведь бывает, что сидишь с кем-то в ресторане, беседуешь об истории и свободе, он выдает фразы, вроде: „Мы обязаны что-то сделать с экономикой, с людьми, с правосудием“, и тут же обращается с официантом как с дерьмом».

«Погодите-ка! Это ведь верно и там, где вы сейчас!»

Спокойная преданность делу и отсутствие притворства в Мортенсене очень впечатлили Орландо Блума, еще одного любимца публики из «ВК».

«Я невероятно провел время, работая с Вигго», — говорит Блум. «Мы работали очень близко, и он был для меня как наставник, в самом деле, общаясь, разговаривая о фильме и просто день за днем занимаясь обычными делами, присущими киносъемкам. Он оказал большое влияние на то, как я сейчас отношусь к работе. В нем есть особая целостность, в том смысле, как он относится к своей работе, но кроме того он не теряет и чувства юмора, и это здорово. Он многому меня научил».