За кулисами трилогии «Властелин колец»




Интервью

(Филиппа Бойенс)

NL:Читали ли Вы в детстве «Властелин Колец»? Если да, то, какое впечатление он на Вас произвёл?
Philippa: Да, читала. Вообще-то одной из причин, по которой я стала работать со всем этим, стало то, что я была толкиноманкой, одной из тех, кто перечитывает Толкина каждый год. Я читала его около семи раз. Впервые мне подарила его мама, когда я была ещё маленькой. ВК я тогда не осилила, но прочла «Хоббита». Потом, когда мне было 13-14 лет, я решила прочитать «Властелина Колец», он мне понравился, и я перечитывала его снова и снова. Это один из тех миров, в которые я возвращалась, даже став старше.

NL: Когда Вы читали книгу, вы представляли героев и мир Средиземья?
Philippa: Да, и очень часто. Думаю, это великий дар книги — простор сотворённого им мира, и то, как легко и просто вы можете войти туда. И теперь, когда я читаю ёе с точки зрения адаптации, я вижу, насколько правильно он сделал, что начал с Хоббитона.

NL:Вы сказали, что читали книгу много раз. Изменило ли Ваш взгляд на Толкина то, что, придя в фильм, вы перечитывали его специально для написания сценария?
Philippa: Действительно, мы читали её, не переставая. Я читала её все три года. Я, буквально, не могу вспомнить день, когда бы мы ни обращались к ней. Мы теперь можем отыскать даже малейшее событие!
Я могу взять книгу, и найти там всё что угодно. Мы освоились с книгами до такой степени, как и вы бы, наверное, будь вы на нашем месте. Думаю, я теперь стала больше ценить тот мир. То есть, я любила его в детстве и продолжала любить, даже когда выросла. Это было настоящее обожание того мира, немного похожее на то, которое, наверное, испытывает любой автор к своей собственной работе. Печально, что после этой адаптации, я, возможно, никогда не смогу вернуться к нему… к тому, что я возьму книгу и просто почитаю её в дождливое воскресенье, как было, когда я раньше просто брала книгу и погружалась в её мир. Теперь всё изменилось. Я увижу фильм. Я увижу что мы пропустили, когда делали его. Возможно, когда я состарюсь и поседею, что произойдёт не в таком уж далёком будущем, я позабуду всё это, и вернусь к тому, что было.

NL:Как Вы думаете, что может «Властелин Колец» сказать всем нам? Каково его главное послание?
Philippa: Профессор Толкин не вкладывал никаких аллегорий в свою работу. Он не проводил никаких аналогий с событиями современности, и я понимаю почему.
Я, наверное, поступила бы так же. Это моё собственное видение, и мы попытались привнести это в фильмы. Там есть ответы на вопросы, интересные современной аудитории, один из которых — это путешествие, в которое отправляется Фродо, чтобы уничтожить великое зло. Сделали бы мы подобное сегодня? Можем ли мы уничтожить… можем ли навсегда избавится от чего-то, что никогда не должно было быть? Это хороший вопрос, и это не просто прямая аллегория, например, с атомной бомбой. Думаю, он включает множество спорных понятий. Что-то уходит, эльфы уходят из мира, теряются знания, но я не думаю, что автор относился к этому ностальгически или сентиментально. Существует естественный порядок, мир изменился, мир всегда будет меняться, и кое-что уходит. То есть он не сентиментален. Он не из тех, кто, глядя назад, говорит » Мы должны всё это уничтожить, и вернутся к старому«. Он прекрасно понимал, что то время прошло. Но, я думаю, он задал один вопрос, и надеюсь, в фильмах он тоже будет. Кольцо олицетворяет другой вид зла, и я спрашиваю себя, смогли бы мы сделать то, что сделал Фродо? Не знаю. Не уверена.
Я думаю, также, что он обращается к различным аспектам человеческой природы. Заметно, что в людях есть что-то от Эльфов. Мы можем создавать прекрасное. Мы можем быть мудрыми. Мы можем быть по-детски невинными. Но в нас, также, есть предрасположенность к разрушению, злу, и жестокости, совсем как в Орках. То есть, в этих двух расах показана вся широта человеческого существа.

NL:Каковы различия в культурах, которые обитают в Средиземье?
Philippa: Простота — это одна из главных особенностей Хоббитов. В них есть чистота, они познают жизнь просто и естественно. Они ничего не усложняют, поэтому они так близки к природе. Не так как Эльфы, не в высокодуховном смысле, но обычным незамысловатым образом, они общаются с ней. То есть они простой народ. Но в этой простоте, по-моему, кроется великая мудрость. Он называет её «магией Хоббитов», обычной магией. Обыкновенной ежедневной магией, которая, по идее просто замечательна. Их легко назвать инфантильными, и я думаю, что они инфантильны в лучших своих появлениях. В хорошем смысле! И они цельные натуры, цельные в полном значении этого слова. И ещё они добросердечны. В общем, они добрый народ, но и они совершают ошибки. Например, такие персонажи, как Мерри и Пиппин. Пиппином движет огромное любопытство… он иногда невнимателен. Фродо, же, не просто чистое существо, не способное ко злу, хорошее по определению. Ему предстоит выучить несколько уроков.

NL:В разных фэнтэзийных фильмах эльфы изображаются по-разному. Как создатели фильмов представляют себе таких героев «Властелина Колец», как Арвен, Леголаса и Галадриэль?
Philippa: Эльфы… Эльфы замечательны, они замечательны, и их очень трудно описать. Действительно трудно. Страшновато даже приближаться к Эльфам, ведь они занимают огромную часть в мифологии, связанной с «Властелином Колец», особенно в Сильмариллионе. Так что надо соблюдать большую осторожность при попытке их охарактеризовать. Знаете, я думаю, что с самого начала будет ясно, что Эльфы представляют что-то, что будет утеряно в этом мире, поэтому есть ощущение печали. Оно чувствуется во всём, что они делают. И, конечно, всё это выльется в историю любви. В них есть печаль и тоска. Также в них есть отстранённость, с самого начала ясно, что их уже не касаются тревоги этого мира. Их время закончилось. Это — интригующая подробность и она будет в самом начале фильма … с самого начала, будет понятно, что эльфы оставляют Средиземье. Мы так сделали. Мы также старались отойти от концепции, что эльфы похожи на фей. Мы вернулись к той концепции, которую создал Толкин, что они на самом деле могут быть очень опасными существами.

NL:Позвольте спросить о взаимоотношениях двух персонажей — Леголаса и Гимли. Представители двух различные культур поначалу не очень дружны. Было ли это интересно? Два разных персонажа, но когда люди, любящие книгу, их обсуждают, то обычно их представляют вместе.
Philippa: Да, мы не сделали из них дуэт с самого начала, потому что не были они дуэтом. По-моему, автор, создавая содружество, не зря внёс этот раскол. Я думаю, что они представляли скорее не различные расы, а различные философии. Эльфы видят и жадность Гномов или то, что они принимают за жадность. Но Леголас приходит к пониманию того, например, что Гномы любят красоту, и я думаю это чудесно, что Гном Гимли влюбился в прекрасную эльфийку. Когда я говорю «влюбился», я имею в виду, что он был буквально сражён великой красотой. В глубине души Гномов живёт любовь к прекрасному. И то, что Леголас первоначально принял за жадность Гимли, позже оказалось присущим всем гномам стремлением к сохранению красоты. И это интересно. Опять же, антагонизм Гимли и Леголоса больше философский, Гимли просто не понимает образа действий эльфов, того, что они не видят особой ценности в чём-то подобном сверкающим пещерам. Леголасу они просто не интересны.

NL:Говорили, что Толкин написал женские персонажи только для того, чтобы они растворились на заднем плане повествования, но в фильмах их будет три, и в достаточно важных ролях.
Philippa: Несложно ответить на обвинение, выдвинутое против него. Когда говорят, что он не писал больших женских характеров, это, в основном, касается Арвен, чьё присутствие в книге… ну… достаточно неявное.
Но я думаю, что это несправедливо, потому что он писал книгу не о женских персонажах. Он писал эпическую сагу, про Содружество, и, в особенности, про хоббитов. Когда же он доходил до женских характеров, таких как Галадриэль, он описывал их блестяще. Так что у нас был фантастический исходный материал для женских характеров.
И с Арвен мы решили так, потому у нас были приложения, от которых можно было отталкиваться, в которых рассказывалась история тех двоих. Это экстраординарная история, она дала нам шанс написать экстраординарную историю любви, потому что любовь эта очень, очень трагична, очень печальна, и имеет множество вещей, которые обычно не исследуют. В ней есть эпический размах и какая-то сладкая горечь. Так что у нас было много источников для персонажа Арвен. Мы посмотрели на Эльфов в целом… как это — быть Эльфом. Потом мы посмотрели на историю их любви, посмотрели, что значило для неё, бессмертной, полюбить смертного человека.

Ещё у нас есть такой потрясающий характер как Эовин. Замечательный персонаж, блистательно сыгранный Мирандой Отто. Она — одна из тех, на кого я хотела быть похожа в детстве, когда читала книгу. И вот, мы снова встретились. У неё удивительная предыстория, такая же, как и путь, который ей пришлось пройти. Неразделённая любовь тоже послужила источником материала для описания её характера.

Все наши женские персонажи совершенно разные. Они очень, очень сильно отличаются друг от друга, что замечательно. И женская энергия в фильме очень сильна.